О балансе сил в медиации

Автор: Фелиция Стауб, январь 2020

Перевод: Вадим Козлов

Уравновешивание сил – важный инструмент процедуры медиации. Это умение, которое необходимо развивать посреднику. Стороны  часто могут обладать разными типами и уровнями власти, к которой они могут прибегнуть для продвижения своей повестки, а также для манипуляций предметом соглашения. Это может стать причиной помех для менее влиятельной стороны при выражении своей точки зрения. Кроме этого, такая ситуация может помешать каждой стороне понять точку зрения другой. Это может привести к соглашению, принудительному для одной из сторон, – а значит, противоречащему принципам медиации. Переговоры, где неравенство не может быть сбалансировано медиатором, чреваты  соглашением, не отвечающим принципам добровольности.  Уравновешивание сил – это навык, которому посредники должны обучаться и который стоит тренировать в себе. Поскольку существует очень много различий в типах силы и способах ее применения, медиаторам важно быть достаточно наблюдательными и гибкими в методах «выравнивания» потенциалов. Без этого вероятность эффективной работы всех участников медиации снижается. 

NB: детали переговоров, упомянутые ниже, были изменены для защиты принципа конфиденциальности сторон в медиации.

Недавно я провела медиацию, в которой очень важную роль играли уровни власти каждой из сторон. Власть может происходить из разных источников: разницы в положении (например, власть руководителя), финансовых возможностей, эмоциональных особенностей личности, различий в самооценке, физических параметрах (например, рост или привлекательность), вербальных или интеллектуальных способностей, харизмы, уровня культуры, физической силы, отношения к религии/церкви, осведомленности в вопросах, количества людей, представляющей сторону в переговорах,разности социального класса, пола, возраста, сексуальной ориентации, традиций или привычек, а также избранных моделей поведения внутри и вовне медиации, и это лишь некоторые из них.

В посредничестве, которое я проводила, участвовали две стороны, которые обладали разными типами власти, и каждая из них обладала большей властью, чем другая сторона. У мужчины была сила, проистекающая из его стиля общения. Он был очень громким, решительным и агрессивным в манере речи. Он был очень умен и красноречив. У него была большая личность, такая личность, которая занимает гораздо больше места, чем то, которое занимает его тело, сидя за столом. Он говорил большую часть времени и доминировал в эфире. Женщина же не была носителем английского языка, поэтому, несмотря на то что она была очень умной, английский язык был для нее сложной задачей. И ее стиль общения сильно отличался от его. Она могла высказывать свое мнение, но говорила тихо и нервничала из-за мужчины.

У женщины была сила, которая происходила из ситуативной манипуляции по типу поощрений и наказаний. Мужчина был так влюблен в нее, что готов был сделать все, чтобы остаться в ее жизни, включая осыпание ее деньгами, дорогими подарками и превращение ее в бенефициара своего имущества в случае его смерти. Она же хотела, чтобы отношения закончились, хотела независимости и покоя. Любое возможное взаимодействие между ними виделось ей только в том случае, если она позволит и вознаградит его этим. Это был весомый аргумент, которым она располагала, и она знала это.

В медиации мы, посредники, не принимаем решения за стороны. Решения должны предлагаться и рассматриваться ими самими. Наша работа – помогать людям общаться и понимать друг друга. Мы несем ответственность за то, чтобы принимаемые решения, были понятными и добровольными для всех сторон. Это означает, что решения, которые они принимают, основаны на полной и точной информации, и что их никоим образом не принуждают к заключению или подписанию соглашения. Мы не несем ответственности за то, чтобы соглашения были справедливыми или сбалансированными. Стороны должны определить, хотят ли они, чтобы соглашения были справедливыми и сбалансированными. Но мы должны убедиться, что участники медиации обладают полным пониманием условий соглашения и принимают решения свободно по своей собственной воле.

Частично мы это делаем за счет уравновешивания сил. Если одна сторона более могущественна, чем другая, и мы не вмешиваемся, чтобы уравновесить их, она может навязать свою точку зрения другой стороне и подтолкнуть ее к подписанию соглашений, которых вторая на самом деле не хочет. Если такое произойдет, то соглашение не будет соответствовать принципу добровольности. На это особенно важно обратить внимание, если домашнее насилие когда-либо было проблемой в их взаимоотношениях.

Соглашение может быть не до конца осознанным (а значит, недобровольным), если стороны имеют достаточно разные интеллектуальные способности или разный уровень знаний по определенной теме, и, соответственно, одна из сторон что-либо поймет не полностью или не так. Это также может произойти, если одна из сторон намеренно скрывает важную информацию и настаивает на достижении согласия в отсутствие обсуждения скрытой информации. Это пример недобросовестности. Я видела, как это происходило при посредничестве в прошлом, когда одна сторона работала над достижением согласия по некоторым частям спора, но не говорила о других частях. Из-за глубоких переживаний первой стороны, которые та испытывала от того, что ей пришлось обсудить это после очень тяжелого разрыва, она не думала поднимать другие вопросы. После того, как они пришли в себя и подписали соглашения о разделе своего имущества и о некоторых небольших финансовых вопросах, сторона 2 небрежно упомянула, собираясь уйти, что они будут решать некоторые более крупные нерешенные финансовые вопросы (пенсионный фонд и содержание супруга) в суде. Сторона 1 очень сильно хотела избежать суда и не пошла бы на иные соглашения, если бы знала об этом. Мы, посредники, спрашивали о других возможных проблемах и предлагали включить в повестку обсуждение всех вопросов, но сторона 2 не поднимала основные финансовые вопросы до тех пор, пока не получила другие соглашения. Подобное поведение – это пример недобросовестности и пример использования финансовой и информационной власти для манипулирования другой стороной, чтобы получить желаемое.

Некоторые медиаторы задаются вопросом, влияет ли уравновешивание сил на их нейтралитет, не демонстрирует ли оно предвзятое отношение к стороне в слабой позиции. Не верю, что это так. Уравновешивание сил – это не то же самое, что выработка мнения о проблемах или попытка привести стороны к конкретному решению, которое приносит пользу одной стороне по сравнению с другой, посредством типов и очередности задаваемых вопросов или сделанных предложений. Оно гарантирует, что обе стороны будут услышаны, а достигнутые договоренности будут прозрачными, понятными и добровольными.

В описанной медиации, которую я провела недавно, если бы мы позволили коммуникативной манере мужчины оставаться неконтролируемой и неуравновешенной, женщина никогда бы не смогла озвучить свою точку зрения. Складывающиеся так обстоятельства могли бы подтолкнуть ее к заключению соглашений, которых она на самом деле не хотела, и, логично, она была бы не удовлетворена результатами таких переговоров. С другой стороны, если бы мы позволили женщине контролировать их будущие взаимодействия, мужчина не получил бы ничего из того, что хотел, и был бы крайне недоволен результатами процедуры.

Каким образом мы компенсировали коммуникативную доминанту мужчины? Для начала обеспечили женщине достаточное сравнимое количество времени для выражения своей позиции и комментирования партнера. Следили за тем, чтобы обе стороны слышали и понимали друг друга. Также мы не позволяли мужчине доминировать в разговоре, несмотря на его естественную склонность к этому. В отношении работы по второй стороне мы нивелировали способность женщины контролировать их с партнером будущие взаимодействия, задавая вопросы и проверяя реальность. Ведь как, оставаясь с не до конца разрешенными вопросами по финансовым отношениям, возможно было обеспечить условие исключения контактов (а ведь это и подразумевалось обсуждаемыми соглашениями). Каким образом она тогда чувствовала себя в безопасности и комфорте, если бы ей приходилось все равно с ним встречаться?

Равенство сторон – важное условие медиации, а значит, уравновешивание сил – важная часть процедуры посредничества. Поскольку существует очень много различий в типах силы и способах ее использования, посредники должны быть очень наблюдательными и изобретательными в использовании этого навыка. Без него такие расклады в медиации, подобные тем, с которыми я столкнулась недавно, не разрешились бы. Стороны не смогли бы завершить свои отношения, чтобы двигаться дальше и, вероятно, не были бы удовлетворены услугой.

© Felicia Staub, Senior Mediator, Empowered Communication
www.empoweredcommunications.org
felicia@empoweredcommunications.org

Об авторе:

Фелиция Стауб – основательница, тренер Empowered Communication, посреднической и образовательной компании в штате Вашингтон. Имеет степень бакалавра, доктор психологии Пенсильванского университета. Она является старшим медиатором и сертифицирована Вашингтонской ассоциацией медиаторов. Входит в Совет директоров Вашингтонской ассоциации медиации. Фелиция – опытный тренер, с 2000 года проводит тренинги для многих групп, в том числе университетов, сообществ национальных меньшинств и федеральных тюрем. Она привносит в свою работу большой опыт, самоотдачу, отличные организаторские способности и много творческого потенциала. Фелиция награждена Вашингтонской ассоциацией медиации и Центром разрешения споров Whatcom в т.ч. за “Freedom Project” за работу по представлению и координации тренингов в тюрьмах. Она также является посредником для группы Sound Options Group, Pollack Peacebuilding Systems и Центра разрешения споров Whatcom.


Найти медиатора

Перейти в раздел “Контакты”